Мы сердцем видим мир земной, а звезд хотим рукой касаться!
послушать гимн ВОС
Общероссийская общественная организация инвалидов Всероссийского ордена
Трудового Красного Знамени общество слепых
Смоленская областная организация ВОС
Объявления
90 лет Всероссийскому обществу слепых
 
13 ноября
Международный день незрячих людей

Начало

СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие
3
Начало
5
«Не милостыня, но участие…»
16
На переломе
31
Война
44
Слобода. Черныш
53
Вместо эпилога
60
Список документов в прило-жениях 69

Источники, литература.
70

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Рядом с нами существует огромный мир. Мир совершенно цельный, несмотря на то, что его жители лишены важнейшего из органов чувств – зре-ния. Но мы так часто не замечаем этот мир…
Понятие «история» многогранно. Оно включает в себя и микроисторию – биографию отдельного человека, эволюцию какой-либо организации, уч-реждения, учебного заведения; и так называемую «Большую историю» - по-литическую, дипломатическую, социально – экономическую, идеологиче-скую. Эти два уровня истории неразрывно связаны между собой.
Небольшая книга, которую вы держите в руках, представляет собой попытку воссоздания истории старейшего специализированного учебного за-ведения на Смоленщине – Смоленской областной школы-интерната для сла-бовидящих детей. Впервые школа слепых открыла двери для своих учеников в мае 1891г. На ее последующем развитии не могло не сказаться влияние то-го или иного исторического времени: России дореволюционной, когда забота о слепых являлась одной из многих форм частной и общественной благотво-рительности; России тоталитарной, когда слепые люди примеряли принципы государства, объявившего себя социальным; наконец, России посткоммуни-стической, когда от нужд инвалидов государство отвернулось, а обществен-ная благотворительность в полном объеме так и не возродилась.
А за всем этим стоят личные судьбы: директоров, педагогов, воспитан-ников. Таких как Аргунов Иван Степанович, Коваленко Борис Игнатьевич, Яковлева Надежда Петровна, Попов Виктор Михайлович, Соловьев Николай Григорьевич. Жизнь этих людей неразрывно была связана с воспитанием слепых; они отдавали ей все и остались в благодарной памяти потомков, сво-их учеников и коллег…
Книга главным образом ориентирована на людей, имеющих какое-либо отношение к школе-интернату, - и, в первую очередь, на учеников и педаго-гический коллектив школы. Автор надеется, что знание истории alma mater поможет воспитанникам и учителям осознать свое значение и роль в слож-ных условиях современности, поможет предостеречь от ошибок, уже имев-ших место в истории, укажет пути к повышению уровня образования выпу-скников и материальному процветанию школы.
Вместе с тем, через призму микроистории, истории специфического учебного заведения, довольно четко прослеживается цивилизационный уро-вень развития общества, хорошо видна степень его культурной и граждан-ской зрелости. Показать, что и каким образом менялось в отношении обще-ства и государства к инвалидам, - это центральная тема настоящего издания, позволяющая ему рассчитывать на более широкий круг читателей. На тех, кому не безразлична история своей страны, и на тех, кто стремится к нравст-венному, экономическому и правовому возрождению России.
Основой для «Истории…» послужили документы Государственного архива Смоленской области и школьного архива, личные дневники и воспо-минания педагогов и воспитанников школы-интерната для слабовидящих де-тей. Структурной особенностью книги является то, что каждая ее глава со-стоит из двух частей – части повествовательной и документальных приложе-ний, которые, по мнению автора, наиболее ярко отражают определенную эпоху в жизни школы и страны в целом.
Автор благодарен за оказанное содействие в подготовке книги дирек-тору школы Т.П. Храповицкой, заместителю директора Смоленской област-ной специальной библиотеки для слепых А.В. Филенкову, педагогам М.А. Москалеву, Н.С. Иваненковой, Л.М. Соловьевой, Е.В. Мироновой; барду С. Никитину, главному редактору газеты «Смоленские новости» С.В. Новикову, а также Н.С. Соловьевой, Л.В. Зверевой, Н.А. Савицкой, Е.Т. Стешенко, Т.А. Мамкович, М.А. Тапцову и всем тем, благодаря которым это издание стало возможным.

А.Н. СОЛОВЬЕВ,
В.А. КОНОНОВ.

 

НАЧАЛО.

Автором первой специальной системы обучения слепых является француз Валентин Гаюи (1745-1822). На его средства в последней трети XVIII столетия в Париже открылась мастерская для слепых. В 1784 г. на базе этой мастерской было создано первое учебное заведение для слепых, рассчи-танное на 30 человек. Для обучения чтению и письму использовались выпук-лые металлические буквы и рамка с натянутой проволокой для разделения строк; для обучения географии – рельефные карты и т.п. В 1791 г. эта школа стала королевской. Одним из учеников Парижской школы слепых был Луи Брайль (1806 – 1852), впоследствии - изобретатель общепринятой письмен-ности слепых, основанной на комбинациях 6 точек для обозначения всех букв и цифр .
В 1803 г. Валентин Гаюи получил от императора Александра I при-глашение посетить Россию с целью организовать в Петербурге для людей, лишенных зрения, учебное заведение, подобное французскому. В Россию Гаюи прибыл в 1806 г.; его стараниями в августе 1807 г. в Санкт – Петербур-ге было открыто учебное заведение, рассчитанное на 15 слепых детей . Обу-чение здесь было платное – 200 рублей в год за каждого воспитанника. При Петербургской школе слепых работало благотворительное отделение и для престарелых слепых (их называли призренниками), занимавшихся рукодели-ем (плетением матов, сеток). О деятельности этого учебного заведения из-вестно мало: количество воспитанников в нем было невелико, отсутствовала связь школы с выпускниками, которые «снискивали средства к существова-нию игрой в качестве таперов, в публичных домах». Первоначально Петер-бургская школа находилась в ведении министерства народного просвещения; с 1819 г. – «Императорского Человеколюбивого общества» .
Кроме школы, основанной Гаюи, в России с 1817 г. функционировал Варшавский институт глухонемых и слепых, находившийся в ведении мини-стерства народного просвещения. Вся забота о слепых людях в России до русско-турецкой войны 1877-1878 гг. была главным образом сосредоточена в этих двух специализированных учебных заведениях.
В ходе войны 1877-1878 гг. возникло «Попечительство для пособия нуждающимся семействам воинов». В рамках этого попечительства для сол-дат, потерявших на войне зрение, в Петербурге и Киеве были открыты спе-циальные «ремесленные убежища» - мастерские, в которых слепые могли за-рабатывать себе средства к существованию. В 1881 г. в составе канцелярии по учреждениям императрицы Марии было организовано «Попечительство императрицы Марии Александровны о слепых». Во многом это стало воз-можно благодаря энергичной деятельности Александра Ильича Скребицкого (род. в 1827), - видного общественного деятеля, писателя и глазного врача. В 1879-1880 гг. он работал в различных районах России по направлению «По-печительства для пособия нуждающимся семействам воинов» - для оказания помощи ослепшим воинам, число которых после войны «оказалось необы-чайно большим». Результатом этой работы стали многочисленные научные исследования Скребицкого, показавшие, что, во-первых, большинство ос-лепших солдат «приобрели зародыши глазных болезней до начала военных действий»; и, во-вторых, «нет в Европе такой страны, где утрата зрения встречалась бы так часто, как в России». (По данным впоследствии организо-ванной попечительством переписи 1886 г., в России из почти 200 тысяч сле-пых людей большую часть, 86%, составляли выходцы из крестьянского со-словия.) Таким образом, Александр Ильич подготовил научную основу, до-казал необходимость организации на государственном уровне попечительст-ва о слепых. Весомый вклад в организацию Мариинского попечительства о слепых внес и государственный деятель Константин Карлович Грот (1819-1896), с 1883 г. - управляющий IV отделением собственной Е.И.В. канцеля-рии, а впоследствии – председатель Совета данного попечительства.
Вскоре после своего открытия попечительство было принято под Вы-сочайшее покровительство императрицы Марии Фёдоровны, супруги Алек-сандра III. В 1898 г. «первым действительным членом попечительства» стал и сам император Николай II.
Попечительство о слепых в 1881-1883 гг. находилось в ведении мини-стерства внутренних дел, с 1883 г. – передано в IV отделение собственной Е.И.В. канцелярии. В своей работе попечительство руководствовалось ут-верждёнными 13 февраля 1881 г. «Основными началами деятельности Мари-инского попечительства о слепых». Центральное управление осуществлялось Советом, имевшим право открывать отделения попечительств в губерниях, и Общим собранием его членов. Главным же направлением деятельности по-печительства Марии Александровны стала организация сети училищ для слепых детей. Принимались в такие училища способные к обучению и обра-зованию мальчики и девочки в возрасте от 7 до 11 лет , страдающие неизле-чимой слепотой на оба глаза и не обладающие другими телесными недугами и физическими недостатками.
Пребывание слепых детей в специализированных школах было платным - 300 рублей в год, однако Совет попечительства мог уменьшать размер платы, исходя из имущественного положения родителей или опекунов. Дети из беднейших семей принимались бесплатно.

  • **

В Смоленской губернии отделение Мариинского попечительства о сле-пых было открыто 18 октября 1881 г., его представителем являлся заведую-щий губернским акцизным управлением, действительный статский советник Аполлон Андреевич Фон Зигель. Организованная попечительством всеобщая перепись слепых 1886 г. показала, что Смоленская губерния по количеству незрячих занимает 6-е место в России: на 10 тыс. населения здесь приходи-лось в среднем 34 слепых .
По правилам Мариинского попечительства открытие училища для сле-пых детей могло произойти лишь там, где кроме представителя попечитель-ства «найдется несколько лиц, сочувствующих делу и желающих составить… комитет для управления училищем» и где «местные сборы обещают покрыть все, или большую часть расходов, потребных на его содержание». Правилами ограничивалось и количество первых учеников – их должно было быть не более десяти. Содержание такой школы, по мнению А.А. Фон Зигеля, должно было обойтись не более чем в две с половиной тысячи рублей в год. Средний же размер ежегодных пожертвований Смоленскому отделению попечитель-ства о слепых в течение 1881-1890 гг. составлял «от 600 до 1130, в среднем – 720 рублей». Для открытия и содержания школы слепых этого было явно не-достаточно, поэтому деятельность Смоленского отделения попечительства в этот промежуток времени сводилась к сбору пожертвований и распределе-нию их между «неимущими слепцами» - как детьми, так и взрослыми.
22 февраля 1889 г. умерла Анна Александровна Янская (урожд. Ма-хова), завещавшая попечительству императрицы Марии Александровны о слепых 10 тысяч рублей «на воспитание и призрение слепых Смоленской гу-бернии». Такая благотворительность отчасти объяснялась тем, что муж Анны Александровны – доктор медицины Николай Андреевич Янской начинал свою профессиональную карьеру именно в Смоленске.
25 января 1890 года на утреннем заседании XXV очередного Смолен-ского губернского земского собрания А.А. Фон Зигель прочел отношение по поводу учреждения школы слепых в г. Смоленске. Собрание предписало по-стоянно действующему органу местного самоуправления – земской управе к следующему собранию представить подробный доклад по этому вопросу.
В течение 1890 г. образовался комитет по управлению училищем, в со-став которого вошли: смоленский губернатор Василий Осипович Соснов-ский; смоленский епархиальный архиерей, епископ Смоленский и Дорого-бужский Гурий; законоучитель мужской гимназии священник Василий Ва-сильевич Соколов; представитель Мариинского попечительства А.А. Фон Зи-гель; управляющий казенной палатой действительный статский советник Владимир Федорович Тилен; представитель от смоленского благотворитель-ного общества, «вдова гвардии полковника» Тереза Эрнестовна Стрезова; управляющий смоленской контрольной палатой, статский советник Алек-сандр Ильич Игнатьев; камергер двора Е.И.В., надворный советник, город-ской голова Александр Платонович Энгельгардт; купец I гильдии Петр Фе-дорович Ланин. В августе - декабре 1890 г. «для ознакомления способами обучения и воспитания слепых» в Петербургском Александро-Мариинском училище слепых находилась учительница смоленского городского женского двухклассного училища Александра Викторовна Замятина, командированная туда вышеупомянутым комитетом. Впоследствии А.В. Замятина стала пер-вой заведующей Смоленским училищем слепых (1891 – 1893 гг.).
Доклад по ходатайству уполномоченного попечительства слепых ве-домства императрицы Марии Федоровны об открытии специализированного учебного заведения в Смоленске был прочитан 22 января 1891 г. на XXVI очередном губернском земском собрании председателем земской управы Александром Васильевичем Рачинским. Губернское земство, признав, что «забота об общественном призрении» есть одна из прямых обязанностей ор-ганов местного самоуправления, большинством голосов «нашло желатель-ным выдачу пособия» училищу слепых, установив ежегодный размер субси-дии в 250 рублей.
Итак, сумма, завещанная А.А. Янской, послужила «фондом к учрежде-нию» учебного заведения для слепых в Смоленске. Проценты по этому вкла-ду и ежегодные сборы в пользу Смоленского отделения попечительства по-крывали половину предполагаемых расходов на содержание училища. Не-достающие средства были получены от совета Мариинского попечительства, «церковно-кружечных сборов» по Смоленской губернии, пожертвований ча-стных лиц и смоленского губернского земства.
В начале 1891 г. комитетом по управлению училищем слепых было арендовано помещение в доме Розонова, находившемся на 1-ой линии Сол-датской слободы , приобретена мебель и учебные пособия. На поступление в училище слепых в это время было 15 кандидатов. Прием детей начался в феврале 1891 г., отбор осуществлялся А.В. Замятиной. Первыми учениками школы слепых стали Иван Михайлов, Иван Афанасьев – дети крестьян Гжат-ского уезда, Григорий Голиков, из мещан Рославльского уезда и Макарий Васильев, из крестьян Смоленского уезда. Официальное открытие Смолен-ского училища для слепых состоялось 7 мая 1891 г. в присутствии А.А. Фон Зигеля, епископа Гурия и В.О. Сосновского.
Начатое дело обучения слепых было омрачено внезапной смертью Ап-полона Андреевича Фон Зигеля 21 мая 1891 г. Прием учащихся временно прекратился, возобновившись лишь в конце 1891 г. – тогда было принято еще три ученика – Федор Егоров, Василий Терентьев и Андрей Иванов (все трое крестьянского происхождения из Смоленского, Ельнинского и Пореч-ского уездов). Представителем Мариинского попечительства о слепых в Смоленской губернии с лета 1891 г. был преподаватель немецкого языка, чистописания и рисования в Смоленской мужской прогимназии, статский со-ветник Николай Иванович Соболев. Заведующей училищем слепых в 1893 г. стала учительница Елена Кирилловна Редкова. Комитет для заведования Смоленским училищем слепых с некоторыми изменениями был реорганизо-ван 28 августа 1893 г. в совет смоленского отделения попечительства импе-ратрицы Марии Александровны. Это был сессионный распорядительный ор-ган, который собирался несколько раз в году и утверждал на своих заседани-ях бюджет, принимал план учебно-воспитательной работы, составлял отчеты, представлял членов попечительства к наградам и пр.
Ежегодно, начиная с 1893 г., издавались печатные отчёты о деятельно-сти смоленского отделения попечительства о слепых , главной целью кото-рых была возможность общественного контроля над расходованием средств. Кроме кассовых отчетов с указанием пожертвований частных лиц, здесь под-робно описывалась жизнь училища в текущем году: пройденная программа, сведения об успеваемости воспитанников, судьба выпускников школы и т.д.

Программа обучения в Смоленском училище слепых до революции 1917 года состояла из несколько расширенного курса народной школы с эле-ментами ремесленного обучения; утверждал программу совет попечительст-ва. Училище состояло из трех отделений – приготовительного, нормального и ремесленного. Задачу приготовительного класса составляло не столько обучение, сколько воспитание: попечительство рекомендовало педагогам в первый год нахождения ребенка в училище исключить «обучение грамоте», обращая особенное внимание «на искоренение тех недостатков и худых при-вычек, которые являются следствием слепоты», на приучение к «правильно-му и самостоятельному исполнению ежедневных обыденных действий» - умению умываться, одеваться, принимать пищу и т.д., к чистоплотности и аккуратности, «укрепление и развитие органов тела, особенно же рук, и ор-ганов внешних чувств, особенно чувства осязания». Начиная со второго года обучения, ученики изучали закон божий (молитвы, церковную историю, ка-техизис, церковное богослужение и т.д.) – 2 часа в неделю; русский язык (учили наизусть и пересказывали отрывки из произведений А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова, В.А. Жуковского, И.А. Крылова и др., читали и писали шрифтом Брайля при помощи «прибора Палабзека», сюда же входил элемен-тарный курс грамматики и т.д.) – 3-4 часа в неделю; ряд предметных уроков (каждый 3-4 часа в неделю): арифметику; русскую историю, географию, ро-диноведение и естествознание.
Особое внимание при обучении слепых уделялось занятиям музыкой – игре на пианино (под руководством Евгении Руфиновны Ржанициной, «без-возмездно дающей уроки… 2 раза в неделю»); игре на скрипке и виолончели (уроки давал служащий казенной палаты, титулярный советник Николай Алексеевич Петрунин); хоровому пению (учитель - регент хора певчих Тро-ицкого монастыря Г. Концевой).
И в приготовительном, и в обыкновенном отделениях Смоленского училища слепых уделялось внимание ремесленному обучению: курс состоял из фребелевских занятий (вышивание, лепка, рисование) и самостоятельного изготовления учениками решет, плетения гамаков, ковров, вязания сеток, чу-лок, поясов и т.п. По достижении 15-летнего возраста ученики переходили в ремесленное отделение училища, где осваивали «ремесла» более углубленно. В последний год обучения воспитанники ставились в условия, максимально приближенные к условиям их последующей жизни вне училища: выпускники должны были «работать... как самостоятельные мастера».
В 1894 г. совет смоленского отделения Мариинского попечительства поставил вопрос о необходимости другого помещения для училища слепых: «…училище в желательном виде должно помещаться в собственном здании, специально для него выстроенном и на отведенной для него земле». В июле 1895 г. для этой цели советом был приобретен дом наследников Юшкевича, располагавшийся в Офицерской Слободе . В отчете о деятельности смолен-ского отделения Мариинского попечительства за 1895 г. есть описание этого дома и прилегающей к нему территории:

«Дом …вместе с 2-мя флигелями, фасадом выходит на обширную пло-щадь, занимаемую Верхне-Никольской церковью… Указанное место, от-стоя не слишком далеко от центра города, вместе с тем настолько от него удалено, что воздух здесь совершенно чистый. К зданию примыкает двор и сад, и всё владение занимает отдельный квартал, со всех сторон граничащий с площадью и улицами. Выход за город – в нескольких саже-нях… Всей земли в указанном владении находится 1344 кв. саж. Среди построек – двор, который, будучи расширен на счет прилегающего сада, может быть вполне достаточен для детских игр и для устройства в нем гимнастики… Сад, засаженный фруктовыми деревьями и ягодными кус-тами, достаточно велик для гулянья учеников. Постройки следующие: главный дом, хотя и не новый, но из хорошего леса…, состоит из 2 боль-ших, 4 средних и 2 малых комнат, все светлые, передней и коридора; кух-ня и людская в подвальном этаже; сообщение с низом тёплое… Первый флигель по качеству постройки соответствует главному дому, в нём 4 комнаты в 1-м этаже и 2 в мезонине… Помещений для прислуги, а так-же надворных построек имеется вполне в достаточном количестве. Второй флигель ветх…».

В главном доме были помещены класс, столовая, рекреационный зал, спальни на 15 человек и комнаты для заведующего училищем и его помощ-ника. В первом флигеле разместились мастерская, две спальни на 10 человек и комнаты для воспитательного персонала. 29 октября 1895 г. состоялось ос-вящение приобретенного в собственность училища дома епископом Гурием; «во время богослужения пел хор учеников училища». Школа слепых распо-лагалась здесь вплоть до лета 1941-го.
Приобретение собственного дома создало возможность для увеличения количества воспитанников: если весной 1895 г. в школе обучалось 16 чело-век, то в начале учебного 1898/1899 г. их было уже 27.

ПРИЛОЖЕНИЯ К ГЛАВЕ I.

I. ПРАВИЛА
Для приема детей в училище слепых в г. Смоленске ведомства По-печительства ИМПЕРАТРИЦЫ МАРИИ АЛЕКСАНДРОВНЫ о слепых.

1. Поступившие в училище для слепых детей мальчики должны удовлетворять сле-дующим условиям:
а) неизлечимая слепота на оба глаза;
б) возраст от 7 до 11 лет включительно;
в) способность к образованию и обучению;
г) отсутствие других, кроме слепоты, телесных недугов и физических недостатков.
2. Сообразно этому, при прошении на простой бумаге о приеме ребенка в училище, представляются следующие свидетельства: а) метрическое, б) о привитии оспы, и в) ме-дицинское, об условиях, обозначенных в пунктах а, в и г.
3. Окончательному приему ребенка предшествует период испытания (от 1 до 2 ме-сяцев). Если в этот промежуток времени пребывания его в училище окажется по каким-нибудь обстоятельствам невозможным, то он возвращается родным или опекунам.
4. Родители или опекуны при поступлении ребенка выдают обязательство взять его из училища по окончании им курса, или по требованию Попечительства и ранее этого срока.
5. Попечительство имеет право удалить из училища ребенка, пребывание которого окажется бесполезным для его собственного развития, или же вредным для других воспи-танников.
6. Содержание и обучение питомцев училища из семей недостаточных родителей – бесплатно.
Заявления о принятии слепых детей в училище должны быть подаваемы или при-сылаемы по почте Попечителю училища Владимиру Лукичу Озмидову (г. Смоленск, По-темкинская улица, соб. дом).

II. ПРАВИЛА
о знаке попечительства
ИМПЕРАТРИЦЫ МАРИИ АЛЕКСАНДРОВНЫ о слепых.
На подлинном написано:
ГОСУДАРЮ ИМПЕРАТОРУ благоугодно было утвердить сии правила 1-го июля 1895 го-да в Петергофе.
(Подписал) Главноуправляющий Граф Пратасов – Бахметев.
В Петергофе. 1-го июля 1895 года.

1. Для поощрения полезной деятельности, как членов попечительства ИМПЕРАТ-РИЦЫ МАРИИ АЛЕКСАНДРОВНЫ о слепых, так и других лиц обоего пола оказавшим ему значительные услуги, установляется особый металлический знак Попечительства, двух разных видов: золотой и серебряный, согласно прилагаемому при сем описанию, для ношения на левой стороне груди, в виде пряжки. Золотой знак устанавливается для лиц, имеющих право носить его пожизненно, а серебряный – для лиц, получающих такое право лишь временно.
2. Совет Попечительства может предоставить право на ношение знака, как по непо-средственному усмотрению, так и по представлениям местных органов Попечительства.
3. Пожизненное право ношения знака предоставляется: а) почетным членам Попе-чительства, б) тем из прочих членов оного и вообще лицам, которые оказали особо вы-дающиеся услуги Попечительству, в) должностным лицам, прослужившим в учреждениях Попечительства непрерывно 25 лет, и г) тем же лицам, хотя прослужившим менее 25 лет, но имеющим особенно выдающиеся заслуги.
Примечание. Под должностными лицами, упомянутыми в пунктах в и г, разумеются лица, служащие в учреждениях Попечительства, не по выбо-рам, а по назначению и получающие определенное жалование.
4. Права ношения знака лишь во время состояния в соответственном звании или отправления известных обязанностей по Попечительству предоставляется: а) членам со-ветов Попечительства и его Отделов и Отделений, б) Уполномоченным Попечительства, в) Попечителям отдельных подведомственных Попечительству заведений о слепых, и г) по усмотрению Совета Попечительства, врачам – окулистам, священникам и другим ли-цам, посвящающим часть своего времени безвозмездно на пользу слепых и больных гла-зами по ведомству учреждений Попечительства.
5. Лица, упомянутые в пунктах а, б и в § 4, по прослужении в том звании без пере-рыва, не менее десяти лет, приобретают пожизненное право ношения знака. Такое же пра-во, по усмотрению Совета Попечительства, может быть предоставлено и лицам, указан-ным в пункте г того же §, в случае десятилетнего исполнения ими принятых на себя обя-занностей.
6. Лица, удостаиваемые знака, получают от Совета Попечительства особый ди-плом, удостоверяющий их право на ношение знака.

III. ОПИСАНИЕ
знака Попечительства ИМПЕРАТРИЦЫ МАРИИ АЛЕКСАНД-РОВНЫ о слепых.
На подлинном написано:
ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР изволил рассматривать сие описание в Петергофе,1-го июля 1895 года.
(Подписал) Главноуправляющий Граф Пратасов – Бахметев.
В Петергофе. 1-го июля 1895 года.

Знак Попечительства ИМПЕРАТРИЦЫ МАРИИ АЛЕКСАНДРОВНЫ о слепых имеет следующий вид: знак этот золотой для лиц, получивших его пожизненно, и сереб-ряный для тех, кому предоставляется право носить знак лишь временно; в обоих случаях знак четырёхугольной формы, заострённый кверху и притупленный книзу. Боковые углы четырёхугольника соединены гранью, разделяющей знак на две части – на верхнюю и нижнюю, и притом таким образом, чтобы разделяющая грань с нижними сторонами знака составляла ромб. В верхней части знака помещаются инициалы в Бозе почившего ГОСУ-ДАРЯ ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА АЛЕКСАНДРОВИЧА и Августейшей Покрови-тельницы Попечительства Вдовствующей ГОСУДАРЫНИ ИМПЕРАТРИЦЫ МАРИИ ФЕДОРОВНЫ «А» и «М» с короною, помещающейся на верхнем заостренном углу знака. Инициалы выпуклой формы и ажурной работы. В нижней части знака (в ромбе) помеща-ется выпуклой формы и резной работы светильник, укрепленный на пластинке, на кото-рой нанесены исходящие от светильника лучи.
Все грани знака, как окружающие его, так и разделяющие, обложены синей эма-лью, с надписью: «Попечительство ИМПЕРАТРИЦЫ МАРИИ АЛЕКСАНДРОВНЫ о слепых». На оборотной стороне пожизненного знака гравируется имя, отчество и фамилия лица, удостоенного права на ношение знака.

«НЕ МИЛОСТЫНЯ, НО УЧАСТИЕ…»

«При воспитании слепых детей воспитатель... должен, главным обра-зом, заботиться о приобретении их доверия, так как слепые, по природе своей мнительны, недоверчивы, робки и склонны к скрытности... Пред сле-пым ребенком никогда не следует выражать чувства жалости... Имея ввиду будущность своих воспитанников, воспитатель должен развивать в них трудолюбие, приучать к самостоятельности и порядку...»

(Из «Руководства для открытия, содержания и ведения училищ для слепых детей», ут-вержденного Советом Мариинского попечительства 6 мая 1888 года)

Расширение дела обучения слепых в Смоленске, взросление учеников (из которых многие достигли 15-летнего возраста), необходимость «правиль-ного ведения ремесел» в ремесленном отделении училища – все это создало к 1895 г., по мнению совета попечительства, «неизбежную и неотложную не-обходимость мужского надзора за учениками». По рекомендации вдовы А.А. Фон Зигеля, Аделаиды Александровны, на должность заведующего учили-щем слепых 1 июля 1895 г. был назначен Н.Ф. Григорьев, окончивший курс Алферовской учительской семинарии. К исполнению своих обязанностей Н.Ф. Григорьев приступил лишь в ноябре этого же года: около 4-х месяцев он находился в командировке в Петербургском Александро-Мариинском училище слепых для «знакомства с постановкой учебно-воспитательного де-ла и изучения ремесел». С именем этого человека связано переосмысление смоленским отделением Мариинского попечительства понятия «благотвори-тельность» и связанные с этим изменения в учебно-воспитательном процессе.
11 октября 1897 г. Н.Ф. Григорьев выступил на общем собрании членов Смоленского отделения Мариинского попечительства с докладом. Вот не-сколько строк из этого доклада :

«[Вскоре] наше училище должно сделать первый выпуск своим воспитан-никам. Следующие годы, таким образом, должны показать результаты его деятельности; тут только видно станет обществу, с пользою ли за-трачены жертвованные им деньги, не даром ли пропали труд и время, посвященные на дело воспитания и образования, и можно ли вообще деятельность училища считать благотворною. Только тогда, когда без-укоризненная жизнь наших питомцев вне стен училища даст утверди-тельные ответы на все эти вопросы, мы имеем право нашу деятель-ность назвать удовлетворительной…»

«Большинство наших слепых взято из бедных крестьянских семей, кото-рые с их возвращением приобретают легкую наживу, и жизнь в которой способна мало помалу расшатать в них чувство долга и привести к поги-бели; тем более, что, вменяя в обязанность каждому зрячему избрать себе какое-нибудь определенное занятие, общество признает безусловную бесполезность слепого и, движимое чувством благотворительности, щедро подает ему милостыню. А между тем, согласно видам училища, он, 17 или 19-летний юноша, должен, несмотря на все соблазны и иску-шения, бороться с большими лишениями, имея в виду только одну цель – самостоятельность…»

Для того чтобы лучше осознать идеи нового директора Смоленского училища слепых, проведем небольшой экскурс в историю. В России всегда было много нищих и убогих - «богадельных» людей, которых церковь и мо-настыри «без особого разбору принимали под свое покровительство». Не по-дать милостыню нищему значило зарекомендовать себя в глазах общества ущербным в нравственном отношении человеком. Во многом благодаря та-кой отзывчивости русской души, число «нищих по профессии» постоянно увеличивалось (зачастую - искусственно). Около монастырей и церквей воз-никали и существовали «целые нищенские слободы».
Одной из первых попыток преодоления «психологии нищенства» стал указ Петра I от 30 ноября 1691 г. Этим указом предписывалось «ленивых прошаков» бить кнутами, «водворять на место жительства, возвращавшихся к своему промыслу ссылать на каторгу, баб сажать в шпингауз» и наказывать штрафами тех, кто подает милостыню. Вместо неконтролируемой частной благотворительности предполагалось по примеру «еуропских стран» создать систему общественного призрения, контролируемую государством. Органи-зационно эта система оформилась в первой трети XIX столетия в виде канце-лярии по учреждениям императрицы Марии (позднее это ведомство стало называться IV-м отделением собственной Е.И.В. канцелярии). Однако в рос-сийском обществе продолжало господствовать представление о благотвори-тельности только как о «нравственной обязанности человека имущего помо-гать материально неимущему». Отрицательные последствия такой помощи, о которых в случае с незрячими говорил Н.Ф. Григорьев, в расчет не принима-лись:

«Одна материальная помощь не может поддержать слепого, а иногда даже ведет к его падению, но и одной нравственной поддержки недос-таточно (особенно при первых жизненных шагах), хотя она и должна быть главным фактором в деле поддержки слепых…»

Смоленское отделение Мариинского попечительства, как было уже сказано выше, до 1891 г. занималось распределением «пособий неимущим слепцам». Не прекратило отделение попечительства эту практику и после от-крытия школы, хотя здесь стала прослеживаться определенная тенденция. Так, в 1894 г. на пособия было потрачено 644 руб. 83 коп.; в 1901 г. – 400 руб.; в 1904 г. – 100 руб. Динамика очевидна: расходы на разовые, сугубо ма-териальные «вспомоществования» слепым из года в год уменьшались. Объ-яснять это только ухудшением финансирования Смоленского отделения по-печительства извне на общем фоне российского экономического кризиса начала XX вв. нельзя. Тем более что одновременно увеличивались расходы Смоленского отделения попечительства на обучение ремеслам - покупку ма-териала для мастерских, приобретение и ремонт инструментов. Приведем не-сколько цифр для сравнения: в 1894 г. на это было израсходовано 100 руб.; в 1899 г. – 500 руб., а в 1901 г. – 775 руб. Вместе с тем, с 1906 г. у попечитель-ства появилась новая статья расходов, называющаяся «пособие на обзаведе-ние трудящимся слепым, выпускаемым из училища». В 1910 г., например, пяти выпускникам для приобретения музыкальных инструментов («чтобы …иметь заработок от музыки») было выдано попечительством 175 руб.; в 1912 г. четырем окончившим училище «на обзаведение» было выдано 288 руб. 10 коп.
С именем Н.Ф. Григорьева связана и организация при Смоленском училище слепых общежития для выпускников. Вернемся к докладу заве-дующего 11 октября 1897 г.:

«…В первые годы внешкольной жизни слепой не должен быть предос-тавлен исключительно самому себе или отдан на попечение сомнитель-ной в нравственном отношении семьи, а должен остаться в ближайшем общении с школой, под бдительным надзором воспитавших его лиц. Та-кое положение для окончивших школу питомцев может быть создано устройством для них рабочего дома с общежитием и продажей при нем различных произведений слепых. Организация этого учреждения должна исходить из той точки зрения, что поддерживать слепых и помогать им следует только до известной степени, а главная задача его – помочь слепым поддержать себя самостоятельным трудом…»

Первый выпуск из двух человек (Макария Васильева и Андрея Пашу-тина) Смоленского училища слепых состоялся 10 ноября 1900 г. Именно эти два выпускника стали первыми жильцами общежития, для которого была приспособлена небольшая постройка при училище. Общежитие состояло из трех комнат: спальни, передней и мастерской. Выпускники питались и поль-зовались «промойкой белья» от училища, платя за это по 5 рублей в месяц из заработанных денег, изготавливая по заказам, предоставляемым училищем, щетки и другие ремесленные изделия. Надо заметить, что первый выпуск оп-равдал надежды педагогов училища: Макарий Васильев и Андрей Пашутин работали в мастерской с таким усердием, что довольно часто вызывали у своих бывших воспитателей «напоминание о пользе умеренного отдыха и прогулки на свежем воздухе».
Таким образом, Н.Ф. Григорьев внес свежую струю в дело воспитания и обучения слепых в Смоленске. Дети стали сами зарабатывать деньги - в ремесленном классе (мастерской), где под руководством мастеров изготавли-вали щетки и корзины; «приращивали личный капитал» и ученики-участники хора, певшие в Одигитриевской церкви и исполнявшие «разные требы» по приглашению частных лиц. Больше внимания в Смоленском училище сле-пых стали уделять воспитанию учеников, активнее использовалась система не только наказаний, но и поощрений. «Мерами исправления и воздействия» для искоренения «дурных привычек» служили замечания (индивидуальные или общие), внушения, выговоры, лишения «свободы стоя или сидя», «каких-либо предстоящих удовольствий». Для создания дружного коллектива уча-щихся и объединения детей, педагоги училища поощряли их к «общим или одиночным играм и разным полезным вызывающим подвижность занятиям, в роде возведения в саду разных построек, устройства игрушечных ветряных мельниц и т.п. Практически ежедневно стало проводиться чтение педагогами вслух – «лучшего удовольствия для слепых всех возрастов». Несмотря на от-сутствие собственной библиотеки , училище недостатка в литературе не ис-пытывало благодаря «любезности местного книжного торговца г. Лапина». Регулярным стал медицинский контроль: училище пользовалось безвозмезд-ной помощью врачей В.В. Станиславского и К.Н. Битного-Шляхты при «бес-платном отпуске медикаментов из аптеки лечебницы врачей». Появился и строгий распорядок дня :

«В 7 часов утра дети вс